Франциска Таннебергер интересуется болотами Восточной Европы и считает, что быть учёным — это прежде всего участвовать в диалоге

  • Раздел: Болота
  • Авторы: Kanstancin Chykalau
  • Дата: 12.06.2018, 01:06

Болотовед Франциска Таннебергер (Franziska Tanneberger) из Германии — редакторка книги «Болота и торфяники Европы», которую писала сотня авторов более 25 лет. Она интересуется болотами Восточной Европы и считает, что быть учёным — это прежде всего участвовать в диалоге.

Специализация: болотоведение (распространение болот в Европе, влияние управления низинными болотами на структуру растительности и качество болот как мест обитания птиц, развитие торфа в низинных болотах).

Место работы: Грайфсвальдский центр по изучению болот (Greifswald Mire Centre).

Я начала определять растения по книгам

Я родом из Берлина — города, построенного на болотах. Они были рядом с рекой Шпрее, которая течёт через Берлин. Об этих пойменных болотах я в детстве ничего не знала.

Все летние каникулы в детстве я проводила на острове Узедом (Usedom) недалеко от границы с Польшей, где тоже много болот. Там я видела только каналы и влажные луга, и лишь взрослой поняла, что их создала не природа, а люди. Но тогда мне нравились эти осушенные луга, где я играла.

На этом же острове находился основанный в 1990-х годах природный парк. Он существует до сих пор, но тогда всё только начиналось, и мне хотелось помочь. Мне ответили: «Даже не знаем, чем ты можешь помочь… Хотя ты могла бы описать все растения, которые есть на части острова — полуострове Lieper Winke». И я этим занялась на летних каникулах.

По книгам я начала определять растения. Встречались очень простые, с цветами, но с травами было сложнее. Помню, как я сидела и думала: эти виды определить невозможно!

Конечно, это не уровень академического исследования, но для меня в возрасте 16 или 17 лет это стало началом. После я написала отчёт для администрации природного парка. Отчёт показали моей учительнице биологии, и она предложила участвовать в конкурсе исследований для школьников, где потом я получила приз — стажировку в исследовательском институте в Берлине. Это стало хорошей поддержкой.

Восточная Европа меня интересовала больше

После окончания школы мне было ясно, что я хочу заняться охраной природы. Я выбрала Грайфсвальдский университет, где можно было получить специфическое образование, касающееся ландшафтной экологии (там же училась Аннет Тиле).

Первой причиной стало то, что в этом университете работает знаменитый профессор Михаэль Зукков (Michael Succow). Второй — на моей специальности было много экспедиций и экскурсий по Восточной Европе, которая меня всегда интересовала больше Западной.

И третья причина — этот университет у Балтийского моря. А я всегда занималась парусным спортом, и там как раз могла учиться и немного — зарабатывать на преподавании этого вида спорта.

Во время учёбы в институте мы участвовали в разных рабочих группах, но самой весёлой, активной была группа по болотам Ханса Юстена (Hans Joosten) — голландца, который начинал работать в Грайфсвальде в 1994 году.

В университет я пошла сразу после окончания школы, но уже через два года решила сделать перерыв на год. В течение этого года я была на стажировках: три месяца в беларусской организации «Ахова птушак Бацькаўшчыны» и три — в Эстонии, в биосферном заповеднике на архипелаге на западе Эстонии.

В Беларуси я имела возможность помочь в исследовании вертлявой камышевки у реки Ясельда, которое проводили учёные из Академии наук. Я там провела две недели и получила огромное количество впечатлений. Утро начиналось с исследования вертлявой камышевки: мы искали гнёзда, считали птенцов. Рано утром на болоте такая красота!

Стало ясно – я хочу заниматься экосистемами.

Во время проекта по изучению вертлявой камышевки, 2005 год

Во время проекта по изучению вертлявой камышевки, 2005 год

Мы носили с собой 30-килограммовый бур

Моей первой академической работой стал мой дипломный проект, посвящённый западной Сибири. Два студента из Грайфсвальда, пятеро студентов из голландского Утрехта, двое из Томского университета — мы все вместе работали в Западной Сибири, изучая широкие пойменные болота и другие их типы у реки Обь.

Летом там очень много комаров и жарко. Всё время мы жили недалеко от болота в очень маленькой деревне, где все жители работали в сельском хозяйстве. Вечером мы играли с детьми из деревни, и для всех наше появление стало сюрпризом. Руководители были с нами только первую неделю.

Я была там с начала мая до конца ноября — полгода. Мы построили исследовательские площадки (трансекты), описали растительность, собрали образцы торфа и очень много бурили; носили с собой 30-килограммовый бур, и самый длинный наш переход был 3 километра.

Это время оставило глубокие впечатления, а после я сделала настоящую научную работу. Тема моей дипломной работы — растительность и развитие пойменных болотах реки Обь возле Томска. По приезду с другими участниками я также написала участвовала в написании двух статей, одна из которых опубликована в журнале Nature.

Изучая Сибирь, учёные видят естественные болота

Для нас, в Западной Европе, сибирские болота имеют большое значение, потому что они сохранились в естественном состоянии. Да, польские или беларусские болота тоже, но при близком рассмотрении видно, что большинство не совсем естественные: например, уровень грунтовых вод на них ниже и есть атмосферная депозиция азота.

Люди в Сибири охотятся и собирают клюкву, но в целом мало влияют на болота. В Европе же (в большей степени на западе) на болотах происходит эвтрофикация поверхностных вод, которые подверглись органическому загрязнению. Причиной часто являются сельское хозяйство и удобрения, а также выброс загрязняющих веществ в атмосферный воздух. Эти выбросы велики в Западной Европе, а вот в Сибири их почти нет.

Понимать устройство естественных болот очень важно для их восстановления у нас.

Важно также, что многие исследования опубликованы только на русском языке и труднодоступны для западных болотоведов. На мой взгляд, это большая проблема: думаю, иногда учёные повторяют то, что написал кто-то до них, но на другом языке.

franziska-tannenberg-03

Мы сравниваем болота шести стран

Сейчас я живу на острове Рюген недалеко от Грайфсвальда и работаю в университете на научных проектах, как и все: почти нет тех, у кого зарплата не зависит от проектов.

Проект, которым я занимаюсь, называется “Repeat” — «Повторить». В названии есть слово «peat» — торф . Проект посвящён восстановлению болот, и мы изучаем низинные болота в Польше, Германии, Голландии, Бельгии, Англии и Румынии. Наш проект рассчитан на три года и является международным. В нём очень хорошая атмосфера, а это всегда зависит от людей.

Мы сравниваем осушенные болота, болота после повторного заболачивания и те, которые находятся в естественном состоянии. Хотя последних не существует в Бельгии и Голландии, есть лишь «близкие к естественным» — near natural.

В Польше мы изучаем Бебжанское болото и болото Роспуды, о котором была дискуссия по поводу стройки дороги. Польские власти хотели ради неё частично осушить болото. Но польские НГО организовали демонстрации, жили в палатках, и спустя 2-3 года польские власти решили построить дорогу рядом. Это болото — наиболее естественное низинное болото Евросоюза.

50 учёных в Грайфсвальдском центре по болотам

Кроме того, я и моя колежанка Грета Гауди являемся руководительницами Грайфсвальдского центра по изучению болот (Greifswald Mire Centre). Мы делим обязанности, потому что Грета занимается верховыми болотами, а я низинными.

Грайфсвальдский центр по изучению болот объединяет около 50 исследователей из трёх организаций, занимающихся болотами: самого университета, Фонда Михаэля Зуккова (Michael Succow Foundation) и маленькой самостоятельной общественной организации, которая называется DUENE.

Центр имеет для нас большое значение: он помогает организовать работу и необходим, например, при написании заявок на проекты. На протяжении последних трёх лет мы получаем примерно 2 миллиона евро в год.

В рамках организации мы проводим конференции и семинары. Мы встречаемся также раз в месяц, чтобы обсудить текущие дела и обменяться новостями. Это важно и для людей: они знают, куда обратиться по вопросам, касающимся болот.

franziska-tannenberg-04

Быть учёным – значит участвовать в диалоге

Я считаю, что для молодых учёных важно делать то, что им интересно. Конечно, экономическая ситуация складывается по-разному, и кто-то остаётся без работы. Но если есть возможность — нужно следовать за своими интересами.

Молодые учёные должны думать о том, как их работа влияет на будущие поколения. Бывает, что смысл работы становится понятен только через 200 или 300 лет, но всё же в основном научные работы заметно влияют на жизнь.

Надо также понимать, как работает политика. Ведь учёным недостаточно монолога с выводами из научной работы, они должны участвовать в диалоге, происходящем в обществе.

Надо знать, что и где обсуждают разные группы людей, и тогда будет ясно, кому и где интересны ваши выводы. И этим занимается наш Фонд Зуккова, а организация DUENE работает с министерством и Партией Зелёных в Германии. Без практического применения, без связи с обществом и государством научная работа тоже возможна, но всё-таки её недостаточно.

Как работать с властью? Очень важно, по-моему, понимать: люди не имеют представления, что такое болота, и можно объяснить им это аккуратно и легко. Людям старшего поколения ясно: болота надо осушить, продолжая вечную борьбу с водой. Нужно слушать, что такие люди рассказывают, но потребуется время, чтобы они начали понимать, что ситуация уже изменилась.

Перепечатка материалов Багны возможна только с письменного разрешения редакции
Публикация финансируется Шведским агентством по международному развитию и сотрудничеству «Сида». Сида не обязательно разделяет мнение, выраженное в этом материале. Ответственность за его содержание целиком возлагается на ОО «Багна»
Полевая экспедиция на болото Званец. International Mire Conservation Group, 2018
Полевая экспедиция на болото Званец. International Mire Conservation Group, 2018© Volha Kaskevich
Исследование водного режима болота Званец
Исследование водного режима болота Званец© Volha Kaskevich
Франциска Таннебергер соавтор новой книги о вертлявой камышевке
Франциска Таннебергер соавтор новой книги о вертлявой камышевке© Volha Kaskevich