7 дней и 250 км. Велотур по Беловежской пуще

  • Раздел: Багна
  • Автор: Olga Polevikova
  • Дата: 30.07.2019, 10:37

В начале июня «Багна» вместе с немецкими партнёрами организовала свой первый велотур по Беловежской пуще. Его цель — познакомиться с последним реликтовым лесом Европы и узнать, как охраняются эти уникальные территории. На протяжении недели группа из 22 человек из Беларуси, Германии и Швейцарии крутила педали по заповедному лесу, сражалась с комарами, знакомилась друг с другом и с природой. Рассказываем, как это было.

Как польские экологи противостоят сторонникам вырубки леса

С немецкой частью группы мы встречаемся в польском городке Беловежа всего в 4 км от беларусско-польской границы. Организатор с немецкой стороны — Томас Хайндрих, политолог, бывший представитель Фонда Генриха Бёлля в Восточной Европе и защитник прав рома. Последние 8 лет он организовывает тематические велотуры в разных странах Европы. Идея экскурсии в пущу родилась два года назад, когда Томас приезжал в Брест.

«Я убедился, что поездка по пуще с её уникальной природой и визит в Брест, город с бурной историей, будут интересны немцам, — рассказывает Томас.

А открытие пограничного перехода для велосипедистов и безвизовый режим на пять дней сделали идею реальной». Помощник Томаса — китаец Ада Дахай Лао, он отвечал за техническое сопровождение всего тура. Дахай изучал менеджмент экосистем, закончил Гумбольдтский университет и уже несколько лет организовывает велотуры по Берлину на китайском языке. Наша группа пёстрая: среди нас есть журналисты, учителя, агроном-семеневод, программисты и представители ещё десятка профессий.

В основном польская Беловежа живёт за счёт туризма. Постоянного населения здесь меньше 3 тысяч человек, но при этом тут развитая инфраструктура: есть несколько гостиниц, десяток агроусадеб, ресторанчики, экскурсионные бюро и прокаты велосипедов. Хорошо сохранился и парк XIX века — это всё, что осталось от целого дворцового комплекса, который был построен во времена Российской империи. Цари любили охотиться в Беловежской пуще, и потому обустроили городок под себя: построили дворец, разбили парк и проложили железную дорогу из Варшавы (нынче поезда идут только до соседней Хайнувки). Руины самого дворца взорвали польские власти в середине XX века — теперь на его месте стоит здание Дирекции Беловежского национального парка.

Наша группа поселилась в усадьбе, интерьеры который имитируют поместья XIX века. Ей управляет Олимпия Пабиан — член правления Польского общества защиты птиц, соосновательница Польской ассоциации рейнджеров. Около полутора лет она была директором национального парка, руководила отделом экологического образования, охраны природы и туризма и основала Беловежскую академию биоразнообразия. А ещё Олимпия — председатель общественной организации, защищающей интересы местного сообщества. Она рассказала про давний конфликт, который делит маленькую Беловежу на два противоборствующих лагеря: тех, кто выступает за рубки в пуще и тех, кто против. Чтобы понять суть вопроса, надо немного погрузиться в контекст.

История Беловежской пущи

Первые упоминания пущи в летописях относятся к X веку, а охраняемой территорией она стала ещё в XV веке — князь Ягайло сделал тут заповедник, чтобы охотиться на зубров. На протяжении сотен лет заповедный лес был охотничьей территорией для разных правителей. В XVIII веке пуща вошла в состав Российской империи, и охоту на зубров запретили. На остальных животных, впрочем, запрет не распространялся. Во время Первой мировой войны пуща попала под немецкую оккупацию, тогда же здесь начали активно вырубать деревья — даже проложили узкоколейную железную дорогу, чтобы проще было вывозить древесину из чащи. Общая площадь пущи 141 885 га. После Второй мировой войны территория пущи была поделена между двумя странами: 60% отошли Беларуси, а 40% — Польше. В 1979 году польская часть пущи была включена ЮНЕСКО в Список Всемирного наследия, в 1992 году и беларусская часть леса приобрела этот статус.

Территория всего национального парка поделена на несколько зон разной степени охраняемости. Фактически, в Польше лесом управляют две организации с разными интересами: национальный парк, который занимается природоохраной и наукой, и коммерческое предприятие «Государственные леса», которое зарабатывает деньги на вырубках. В 2016 году разразился скандал, потому что «Государственные леса» начали вырубки в зоне строгой охраны под предлогом того, что на деревья нападает жук-короед и заражённые деревья нужно убирать. На самом деле, повреждённые деревья спокойно продаются в качестве деловой древесины.

Как объясняет Олимпия, дело в том, что у этой коммерческой организации были определены нормы по вырубкам на 10 лет, которые они исчерпали за 6 лет. Началась волна протестов, зелёные активисты активно митинговали и даже дошли до Европейского суда — и выиграли дело. Комитет всемирного наследия ЮНЕСКО направил Польше свою просьбу сохранить «преемственность и целостность охраняемых лесов возраста 100 и более лет в Беловежской пуще» и призвал «немедленно прекратить все вырубки и лесозаготовки в старой части леса». Вырубки прекратились, но недавно «Государственные леса» нашли новый предлог для вырубки — «защита людей». Под предлогом того, что в лесу много повреждённых деревьев, которые могут стать причиной пожара и распространения типографа, вырубки на заповедных территориях возобновились.

«Местное население делится на два лагеря — на тех, кто видит будущее в развитии экологического туризма за счёт сохранения уникальных территорий, и на тех, кто хочет продолжать использовать лес также, как это делали их деды и прадеды», — объясняет Олимпия. И первая группа, по её словам, в меньшинстве. На выборах в местное управление, которые прошли в прошлом году, представитель «зелёных» набрал всего 15% голосов. При этом, по её словам, вырубки уже давно не приносят такой прибыли, как раньше, но поскольку «Государственные леса» — это богатая организация, у них сильное лобби в регионе. Позиция же польских властей по вопросам охраны Беловежского национального парка меняется каждые четыре года с переизбранием правительства. Как с горечью отмечает Олимпия, в этой ситуации теряют больше всего местные жители — вместо того, чтобы развивать своё дело и родные места, они тратят силы на междоусобицы.

Как Беловежскую пущу изменили любители охоты

После двух дней в Беловеже и бурного обсуждения ситуации в местном сообществе мы переезжаем в Беларусь. Границу мы проходим в пункте пропуска «Беловежа-Переров», который работает только для велосипедистов и пешеходов. Он находится в 4 километрах от Беловежи и в 30 — от беларусских Каменюк. Пограничный переход выглядит совершенно идиллически: кроме нас, никого нет, польские офицеры расслаблены и шутят, а беларусские даже готовы обсудить вой волка по ночам. Наша следующая точка — агроусадьба «Залессе».

Она находится в одноимённой деревне Залесье на окраине болота Дикое. Возраст Дикого — шесть тысяч лет, таких болот в мире всего четыре. Залесье известно тем, что здесь можно слушать и наблюдать шесть видов сов, сюда часто приезжают бёрдвотчеры из разных стран. Хозяева усадьбы — орнитолог Сергей Сидорук и его жена Настя Хмель, вокалистка группы «Kriwi». Вместе с Сергеем мы прогулялись по болоту — посмотрели разные виды биотопов, нашли следы волка, нору барсука и останки молодого лося.

Само болото сильно пострадало в прошлом веке во время массовой мелиорации. Как и вся Беловежская пуща, впрочем — на её территории было спрямлено 12 рек и прокопано 500 километров каналов. Нарушение гидрологического режима — одна из причин усыхания лесов, особенно ясеневых и черноольховых. Есть и ещё одно серьёзное последствие: из-за отсутствия достаточного количество воды в пущанских лесах прекрасно себя чувствует короед-типограф, который уничтожает ели. Сейчас нацпарк и АПБ, при поддержке Франкфуртского зоологического общества (Германия), занимаются восстановлением гидрологического режима пущи, но до решения проблемы ещё очень далеко.

Леса страдают ещё и от диких копытных животных, которых специально разводили для охоты — в советские времена в пуще любили охотиться представители номенклатуры. Животные уничтожали подлесок и в какой-то момент поставили под угрозу будущее леса.

Для удобства высокопоставленных охотников весь заповедный лес избороздили асфальтовыми дорогами, а также выкопали искусственные водоёмы и поставили охотничьи вышки. Главная охотничья резиденция — комплекс «Вискули», именно здесь было подписано Беловежское соглашении о распаде СССР. Сейчас Вискули закрыты для посетителей, потому что там находится одна из резиденций президента Беларуси. Что касается зубров, символа пущи и Беларуси в целом, по состоянию на 2018 год в пуще насчитывалось 560 животных. Сейчас руководство нацпарка занято созданием селекционного центра, которые должен повысить генетическое разнообразие нашей популяции зубров. Но охотиться на зубров тоже можно. По закону, отстрелу подлежат только больные или старые животные, которые переведены в так называемый «резервный генофонд». «Багна» и другие общественные организации ведут борьбу за то, чтобы информация об этом генофонде, количестве и состоянии здоровья зубров была публичной.

Как развивать туризм в условиях государственной монополии

После двух спокойных дней в Залесье мы едем дальше. Наша следующая остановка — усадьба «Польский маёнтак», расположена в деревне Белая. По дороге мы заезжаем в усадьбу Деда Мороза. Она была построена в 2003 году в самом центре заповедного леса.

По словам работников усадьбы, в сезон здесь за день бывает 3-4 тысячи туристов.

Мы остановились на подъезде к усадьбе, чтобы отдохнуть, пообедать и обсудить особенности развития туризма на территории Беловежской пущи.

По словам Константина Чикалова, председателя ОО «Багна», ситуация с туризмом в пуще улучшилась после того, как сделали безвизовый въезд на 5 дней для иностранцев. «К нам стали приезжать немного другие туристы, которые хотят посмотреть первозданную природу пущи. Туристы из России едут скорее чтобы увидеть места, связанные с распадом СССР», — рассказывает Костя.

Но с инфраструктурой и маршрутами есть определенная проблема. По мнению Кости, те маршруты и планы по развитию экологических троп, которые разрабатывает администрация нацпарка, скорее рассчитаны на школьников. Сейчас большинство троп находятся в южной части пущи и заканчиваются около усадьбы Деда Мороза — их цель скорее развлечь приезжих, чем рассказать что-то про дикую природу.

Другая проблема — нехватка гидов, которые могли бы провести экскурсии на иностранном языке и грамотно показать дикую природу. «Я много раз слышал, что в пуще не хватает гидов со знанием английского, — делится Костя. — Зачастую это студенты, которые отрабатывают распределения — и после этого уходят». В Польше, например, гидами часто выступают местные жители. Однако в беларусской части пущи существует негласный запрет на проведение частных экскурсий. «На этих территориях в первую очередь поддерживается хозяйственная деятельность: охота и вырубка леса. Мы считаем, что это неправильно. Радует, что после наших многочисленных обращений ситуация начинает меняться», — продолжает Костя. По его словам, информация про охоту на сайте нацпарка стала менее заметной, и всё чаще официальные представители пущи теперь говорят о красоте и ценности этих территорий.

Двигаясь через дубово-грабовый лес дорога привела нас к большой автостоянке посреди Беловежской пущи — это начало туристического комплекса усадьбы Деда Мороза © Kanstantsin Chikalau
Двигаясь через дубово-грабовый лес дорога привела нас к большой автостоянке посреди Беловежской пущи — это начало туристического комплекса усадьбы Деда Мороза © Kanstantsin Chikalau

Под вечер мы добрались до усадьбы «Польский маёнтак», которая принадлежит Татьяне и Сергею Исаевым. Они собрали большую коллекцию предметов народного быта, проводят мастер-классы по ремёслам, развивают органическое сельское хозяйство. Во время ужина они угощали нас своими фермерскими продуктами — в том числе, вареньем из еловых шишек и квасом, который произвёл неизгладимое впечатление на китайца Дахая. «Я никогда не думал, что попробую напиток, сделанный из хлеба. В Берлине тонны хлеба выбрасываются каждый день, и мне кажется, что это хороший способ его переработки», — рассказал Дахай.

На следующее утро мы отправились на экскурсию в Брест. Одна из его главных достопримечательностей, Брестская крепость, в официальной историографии воспринимается как памятник Великой Отечественной войны. Но история крепости намного сложнее и обширнее — именно этому была посвящена экскурсия с Алиной Деревянко, менеджером по культуре и сотрудницей Фонда развития Брестской крепости. На территории крепости до XIX века находился исторический центр города, который был разрушен властями Российской империи для того, чтобы начать здесь строить оборонительные укрепления. Они возводились несколько десятилетий, и первое боевое крещение прошли во времена Первой Мировой войны. Затем Брест пережил приход советских войск и вторжение фашистских войск. Как Брест сейчас говорит о своей истории на официальном уровне — и какие ещё есть точки зрения? Этому была посвящена наша экскурсия.

Устроившись в 30 градусную жару на газоне внутреннего двора Брестской крепости через рассказ Алины Деревянко группа переместилась на несколько столетий назад © Yulia Kashapava
Устроившись в 30 градусную жару на газоне внутреннего двора Брестской крепости через рассказ Алины Деревянко группа переместилась на несколько столетий назад © Yulia Kashapava

Последний день и впечатления группы

После экскурсии мы вернулись в усадьбу «Польский маёнтак». Вечер был посвящен обсуждению проблемы водного пути Е40, который грозит рекам Беларуси, Польши и Украины. После бурной дискуссии все отправились спать, ведь на следующий день была запланирована долгая дорога домой.

Прощание вышло очень трогательным: все обнимались, делились контактами и впечатлениями о радостях и сложностях.

«Главные сложности? Комары в Залесье и недостаток сна, — смеется Томас. — Если серьёзно, я впервые делал тур в Беларуси, и как организатор волновался, что что-то может пойти не так. Но к счастью, всё прошло прекрасно».

По его словам, его впечатлило то, что въехать и выехать из охраняемой зоны можно совершенно свободно. «Я был очень рад тому, что все члены группы нашли общий язык и что мы постоянно обменивались мнениями. Надеюсь, мы повторим тур в следующем году!» — подытожил он.

«Поездка прошла прекрасно, я полна впечатлений. Леса и болота, общение с участниками группы — всё это очень интересно, — рассказывает Кора, агроном из Швейцарии.

Мне было интересно услышать про особенности жизни молодых людей в Беларуси, в частности, про то, что IT — это такое “окно в мир” для многих. Тем не менее, мне кажется, что молодые беларусы похожи на молодёжь из моего окружения».

Беларусской группе впечатлений тоже хватило. По словам Виолетты, филолога по образования и работника IT в настоящий момент, больше всего ей запомнилось «всё». «Ночные разговоры про смерть и принятие, затирка, которую последний раз ела у бабушки лет эдак 25 назад, лекцию про орнаменты, поездку в тумане в 5 утра, рефлексии, тучи комаров, как это — просыпаться от птичьего базара за открытым окном, — перечисляет Виолетта. — Очень умных и интересных людей с совершенно разным опытом, открытых и искренних. Всё запомнила и не хочу забывать. Теперь мне будет очень сложно ездить в отпуск, потому что буду хотеть и искать что-то хотя бы немного похожее на нашу велоэкспедицию».

Если вам хочется поехать с нами в экспедицию следующим летом, следите за новостями на нашем сайте.


Перепечатка материалов Багны возможна только с письменного разрешения редакции

Публикация финансируется Шведским агентством по международному развитию и сотрудничеству «Сида». Сида не обязательно разделяет мнение, выраженное в этом материале. Ответственность за его содержание целиком возлагается на ОО «Багна»

Польская часть Беловежской пущи
Польская часть Беловежской пущи© Yulia Kashapava
Во время посещения польской части Беловежской пущи мы навестили информационный экоцентр, который был создан во время противостояния экоактивистов, учёных и части местных жителей массовой вырубке лесов на территории нацпарка
Во время посещения польской части Беловежской пущи мы навестили информационный экоцентр, который был создан во время противостояния экоактивистов, учёных и части местных жителей массовой вырубке лесов на территории нацпарка© Yulia Kashapava
В первые две ночи группа поселилась в уютной усадьбе Олимпии Пабиан в Беловеже
В первые две ночи группа поселилась в уютной усадьбе Олимпии Пабиан в Беловеже© Yulia Kashapava
Переехав беларусско-польскую границу мы направились по царской дороге в направлении д. Белый лесок посетили мемориала «Падающие кресты». Место, где 1 августа 1941 года произошла трагедия — немецкие нацисты расстреляли жителей окрестных деревень и хуторов, которых вначале собирались просто выселить за пределы пущи, но по неизвестным причинам планы их изменились
Переехав беларусско-польскую границу мы направились по царской дороге в направлении д. Белый лесок посетили мемориала «Падающие кресты». Место, где 1 августа 1941 года произошла трагедия — немецкие нацисты расстреляли жителей окрестных деревень и хуторов, которых вначале собирались просто выселить за пределы пущи, но по неизвестным причинам планы их изменились© Kanstantsin Chikalau
Покидая границы нацпарка двигаемся по объездной автостраде в агроусадьбу «Залессе»
Покидая границы нацпарка двигаемся по объездной автостраде в агроусадьбу «Залессе»© Kanstantsin Chikalau
© Kanstantsin Chikalau
Ада Дахай Лао в нашей команде отвечал за техническое сопровождение всего тура. Дахай изучал менеджмент экосистем, закончил Гумбольдтский университет и уже несколько лет организовывает велотуры по Берлину на китайском языке
Ада Дахай Лао в нашей команде отвечал за техническое сопровождение всего тура. Дахай изучал менеджмент экосистем, закончил Гумбольдтский университет и уже несколько лет организовывает велотуры по Берлину на китайском языке© Kanstantsin Chikalau
Хозяева усадьбы «Залессе» — орнитолог **Сергей Сидорук** и его жена **Настя Хмель**, вокалистка группы «Kriwi» встречали нас в своей уютной атмосфере вблизи болота Дикое
Хозяева усадьбы «Залессе» — орнитолог **Сергей Сидорук** и его жена **Настя Хмель**, вокалистка группы «Kriwi» встречали нас в своей уютной атмосфере вблизи болота Дикое© Kanstantsin Chikalau
На протяжении всего велотура мы проводили многочисленные дискуссии затрагивая как экологические, так и политические темы, обсуждали масштабные проекты, которые представляют угрозу экосистемам, сохранению биоразнообразия
На протяжении всего велотура мы проводили многочисленные дискуссии затрагивая как экологические, так и политические темы, обсуждали масштабные проекты, которые представляют угрозу экосистемам, сохранению биоразнообразия© Yulia Kashapava
Расположенное на водоразделе Балтийского и Черного морей, болото Дикое является одним из крупнейших в Европе низинных болот мезотрофного типа, сохранившихся в состоянии, близком к естественному
Расположенное на водоразделе Балтийского и Черного морей, болото Дикое является одним из крупнейших в Европе низинных болот мезотрофного типа, сохранившихся в состоянии, близком к естественному© Volha Kaskevich
Задержавшись на 2 ночи на севере пущи мы переезжаем в самое посещаемое место нацпарка — Каменюки, а по пути гости из Европы пожелали посмотреть что же из себя представляет усадьба Деда Мороза
Задержавшись на 2 ночи на севере пущи мы переезжаем в самое посещаемое место нацпарка — Каменюки, а по пути гости из Европы пожелали посмотреть что же из себя представляет усадьба Деда Мороза© Kanstantsin Chikalau