Большая, но беззащитная рыба. Как в Беларуси охраняют лосося, который идет на нерест

Большая, но беззащитная рыба. Как в Беларуси охраняют лосося, который идет на нерест

В Беларуси есть свои лосось и кумжа. Из Балтийского моря на нерест они доходят по Вилии аж до Вилейки, но больше всего их приплывает в Островецкий район — здесь много маленьких притоков, пригодных для метания икры.Чтобы добраться до наших рек и отложить здесь икру, рыба преодолевает более 600 километров против течения.

Балтийский лосось нерестится в Вилии и ее крупных притоках, а вот кумжа ищет места в речках поменьше. Например, в реке Тартак в Островецком районе. Сюда в этом году зашло около 60 особей этой рыбы. Несколько лет назад кумжи было в два раза меньше, и очень мало возвращалось обратно в море — многих «сажали на вилы» местные жители. Эту «краснокнижную» рыбу нужно спасать и сейчас.

Идея охранять белорусских лососевых принадлежит ихтиологу Нине Полуцкой, координатору проекта по охране проходных лососей в Беларуси, который поддерживается Международной экологической организацией «Коалиция Чистая Балтика» (Швеция).

«Яно раней як было? Віламі гэтую рыбу лавілі»

losos-ostrovec_2017_god_1_

У речки Тартак стоит одноименная деревня. Она затерялась среди лесов и, кажется, застыла во времени и пространстве: столетние хаты, старые деревья, мощеная дорога и всего пять жителей. Вокруг — тишина. Весь год местечко живет своей размеренной жизнью, но каждую осень последние 10 лет привычный уклад нарушается. Сюда приезжают волонтеры, чтобы патрулировать реки. Местные сначала удивлялись, а потом привыкли.

70-летний Вацлав Блажевич, или, как его здесь называют, Вац-Вац, лихо рассекает по окрестным дорогам на оранжевом «москвиче», помогает волонтерам. Вот и сейчас приехал на Тартак, чтобы подсобить в перекрытии одной из бетонных труб, по которым течет река под дорогой.

Вац-Вац рассказывает всем новичкам местные байки и со знанием дела говорит о том, как здесь начали спасать рыбу.

Вац-Вац помогает волонтерам и рассказывает всем новичкам местные байки.

Вац-Вац помогает волонтерам и рассказывает всем новичкам местные байки.

— Яно раней як было? Віламі гэтую рыбу лавілі. Нават прыязджалі да нас з Мінска, каб да стала вялікіх начальнікаў яе злапаць. А рыба што? Яна ж як да нас даплыве — дык як дурная. Адзіная думка ў яе — як ікру дзе пакінуць. Вось і не зважае на чалавека. А мясцовыя яе — хоп-хоп, і ўсё. Што ж рабіць, калі кумжа на гародзе плавае. Так і не засталося ў нас рыбы. А потым прыйшлі валанцёры — і завярцелася.

Трубы были проложены еще в 70-е годы прошлого века. Сама дорога, а вернее песок с нее — настоящая головная боль для тех, кто занимается сохранением белорусского лосося.

Для нереста рыбе нужны особые условия: холодная и чистая вода, а еще каменистое дно. Песок с дороги из-за дождей попадает в реку, замывая камни. Рыба здесь не нерестится и идет вверх по течению, запрыгивая в трубы, которые раньше для нее были почти непреодолимым препятствием. Несколько лет назад здесь построили деревянный рыбоход, а потом соорудили порожки на дне реки, чтобы кумже было удобнее запрыгивать в водопад.

losos-ostrovec_2017_god_29_

losos-ostrovec_2017_god_2_

Проблема с песком остается. За несколько лет места нереста занесло. Волонтеры обращались к гродненским дорожникам, просили около дороги сделать какие-то ограды или отбойники, однако денег на это пока нет.

То, что рыбы стало больше, — это хорошо. Но с прибавлением возникли другие проблемы. Вверху по течению для нереста стало мало места. Иногда в воде проходят настоящие баталии. А ведь раньше гнезд было примерно поровну с двух сторон от дороги. Теперь же рыбы дерутся и по нескольку раз нерестятся на одном и том же месте, уничтожая икру тех, кто там отнерестился ранее. В общем, свои интриги.

А вот бобры, которые перегораживали реку, не давая рыбе нормально идти на нерест, проблемой быть перестали. Недавно в этих краях появились волки, которые естественным образом их количество «отрегулировали». В том, что волки здесь есть, мы убеждаемся сами — на тропинке, ведущей к Тартаку, замечаем их следы.

Гнезда, реки и Островецкие горы

Все лососевые сейчас занесены в Красную книгу Беларуси, а часть реки Тартак недавно стала памятником природы. Места здесь непролазные и дикие. А еще есть горы, пусть и крошечные. Но когда идешь вдоль русла быстрого и шумного Тартака, создается впечатление, что находишься в Прикарпатье.

— Вот гнездо, вот гнездо, — показывает на небольшие кучи камней в реке Юрий Болтуць.

Он — рыболов со стажем. А еще — бессменный координатор акций по охране лососевых, приезжающий сюда каждую осень вот уже 10 лет. Говорит, таким образом выражает свою благодарность природе.

Юрий приезжает сюда каждую осень последние 10 лет.

Юрий приезжает сюда каждую осень последние 10 лет.

Сейчас главные добровольцы — рыбаки из объединения рыболовов — большого рыболовного интернет-клуба (БРИК).

В разное время спасали и охраняли рыбу различные инициативы и общественные организации: «Зеленая сеть», «Зеленый дозор», «Центр экологических решений», «Ахова птушак Бацькаўшчыны», специалисты НАН Беларуси, «Экодом».

Ягель, грязь и искусственное оплодотворение

Мы идем вдоль Тартака, и Юрий рассказывает, что в конце октября в реку шло по несколько особей в день, сейчас рыба заходит реже: нерест пошел на спад.

Увидеть рыбу — большая удача, кумжа сливается с цветом дна, и так просто ее не заметить. Места здесь болотистые, пробираться приходится по топкой грязи, время от времени застревая в ней.

— Ну вот, ягель есть, голодными не останемся, — говорит один из волонтеров.

Мы решаем посмотреть на этот ягель и… застреваем в темной жиже. Без помощи остальных не выбраться.

— В этом году здесь провели эксперимент по искусственному оплодотворению. Наша организация закупила гнезда в России. Ихтиологи отловили в Тартаке две кумжи и местных самцов форели, произвели искусственное оплодотворение и поставили несколько искусственных гнезд. Весной должны появиться личинки, — говорит Юрий.

Кумжа после нереста отправляется обратно в море и приходит снова в наши реки через два-три года. Мелочь же, выйдя из гнезда, около года остается у нас, а потом начинает свое долгое путешествие в море, где «нагуливается» и снова возвращается сюда, но уже на нерест.

Так выглядит искусственное оплодотворение рыб.

Искусственное оплодотворение рыб.

— Проект по искусственному оплодотворению нужен для того, чтобы апробировать нашу задумку по расселению лососевых рыб из тех мест, где их много, туда, где их по каким-либо причинам стало мало или популяция совершенно исчезла. Сейчас на Тартаке численность кумжи достаточно высокая для того, чтобы можно было отлавливать производителей и переносить их икру в другие речки и ручьи. Личинки, выйдя из гнезда, запоминают запах родной реки и по нему уже возвращаются, будучи взрослыми, назад, — рассказывает научный сотрудник лаборатории ихтиологии Научно-практического центра НАН Беларуси по биоресурсам Михаил Плюто.

Был ли этот эксперимент удачным, можно будет сказать только лет через семь. В соседней Литве своего лосося спасали в том числе и таким образом. Юрий говорит, что эксперимент с искусственным оплодотворением имеет большие перспективы. На реке Страча около деревни Ольховка, которая по сути является одним большим нерестилищем для лососевых, стоит картонная фабрика с дамбой. Там просто необходимо построить рыбоход, который помог бы расселиться лососевым на большей территории.

losos-ostrovec_2017_god_4_

Рыба дерется и выпрыгивает из воды

Ходить по холмистой местности с непривычки тяжело, время от времени приходится передвигаться по руслу реки, благо она неглубокая. Но очень быстрая. Иногда кажется, что может снести течением.

По пути теряем надежду увидеть хоть маленькую семгу или кумжу. Но в какой-то момент Юрий останавливается и говорит:

— Тише. Вон смотри — рыба.

Я присматриваюсь к воде, но ничего не вижу. Юра улыбается и снова показывает на камни.

Приглядевшись, замечаем хвост одной, а потом и вторую рыбу. Видимо, хорошее место для нереста. И следующие полчаса становимся свидетелями какой-то совершенно другой жизни дикой природы. За это время за место в воде между рыбами происходят настоящие баталии. Они дерутся, отгоняя друг друга от камней, плавают туда-сюда и даже выпрыгивают из воды. А мы только наблюдаем.

losos-ostrovec_2017_god_21_

Рыба идет на нерест.

Простояв полчаса около воды, мы решаем идти дальше.

— Все, не будем им мешать «заниматься любовью», — смеются волонтеры и замечают, что нам «сказочно повезло».

Не всем удается увидеть сразу двух рыб, да еще таких внушительных размеров. Начинаешь отчетливо понимать, до какой степени эта большая рыба не защищена и находится в уязвимом положении. Оглушенная инстинктом, она практические ничего не замечает вокруг себя. Поймать ее очень легко, чем и пользовались до недавнего времени браконьеры.

Сейчас это сложно сделать из-за патрулей волонтеров. Присматривают за окрестными речушками и пограничники. Правда, это не входит в их обязанности.

— Но если мы замечаем здесь браконьеров, то сразу же связываемся с местной природоохранной инспекцией. Это касается людей здесь на Тартаке и тех, кто ловит рыбу сетями в Вилии, — говорят пограничники.

Они заехали в волонтерский лагерь, чтобы посмотреть, кто сегодня прибыл. Рядом граница — к посторонним пристальное внимание.

Сельское хозяйство — еще одна угроза для лососевых

— Сами видите, что просто приехать и поставить палатку около Тартака — проблематично — местность болотистая, — говорит Юрий и показывает те самые лотки с искусственно оплодотворенной икрой. Вода в реке — чистая и прозрачная. Но здесь существует еще одна проблема — местные сельскохозяйственные предприятия привозят навоз на поля, которые находятся в непосредственной близости от реки. Он может попасть в воду и загрязнить ее. Что в свою очередь пагубно повлияет на лососевых.

losos-ostrovec_2017_god_14_

Временное жилище волонтеров на ручье Тартак.

Пока мы пьем горячий чай в волонтерском лагере — за день в лесу мы замерзли и устали — волонтеры разводят огонь.

— Кстати, о тех, кто нам помогает, — дрова нам привез Островецкий лесхоз. Так что холода нам не страшны.

Мы, пробыв на патрулировании целый день, собираемся уезжать домой, а вот волонтеры остаются здесь еще на несколько суток. Юре то и дело звонят по телефону желающие приехать в Тартак. Он координирует работу волонтеров, объясняет, когда появится свободное «окно» в патрулировании и когда лучше приезжать. До середины декабря реки на Островеччине необходимо охранять и желающие могут поучаствовать в спасении белорусского лосося.

Справка

В агрогородке Ворняны открылся первый в стране инфоцентр по сохранению лососевых рыб в Беларуси, оборудованный членами «Аховы Птушак Бацькаўшчыны» (АПБ). Инфоцентр открыт на базе ГУО «УПК Ворнянские ясли-сад — средняя школа».В оборудованном классе за час экскурсии можно узнать о лососевых рыбах и проблемах их сохранения. Здесь знакомят с жизненным циклом лосося, рассказывают о непростом процессе нереста и миграции. Есть информация и об угрозе для редких рыб, и о том, как каждый может помочь в сохранении лосося. Расскажут и про водные экосистемы, взаимосвязь разных животных между собой и место в этих цепочках лососей. Приехать на экскурсию может любой желающий.

Ольга Комягина, TUT.BY
Фото: Валерий Юдин

Читайте также

Почему нужно охранять реки: что мы теряем, регулируя реки?

Почему нужно охранять реки: что даёт нам река?

Поделиться:

Оставить комментарий